Готовка как медитация: почему осознанность на кухне важна
Для многих из нас приготовление еды ассоциируется с рутиной, своего рода обязанностью, которую хочется поскорее завершить, чтобы насладиться результатом. В этой спешке кухня часто становится лишь очередной задачей, которую нужно «отработать», чтобы получить готовое блюдо. Мы упускаем нечто большее.
В такие моменты наш ум часто блуждает. Пока мы нарезаем лук, в голове прокручиваются сценарии завтрашнего совещания. Телефон лежит рядом, и мы машинально проверяем сообщения, одним глазом следя за кипящей кастрюлей. Ужин готовится, но мы сами в этот момент едва присутствуем. Тело находится на кухне, а мысли витают далеко, занимаясь тем, что кажется более важным.
Однако приготовление пищи может быть чем-то гораздо большим. Это мощный инструмент для замедления темпа жизни, способ сфокусировать внимание и проявить заботу о близких. Известный шеф-повар, удостоенный трёх звёзд Мишлен, Эрик Рипер в своей книге «Осознанное приготовление пищи: простые рецепты для души и тела» призывает подходить к готовке с большим вниманием и меньшим беспокойством. Этот подход Рипер почерпнул, проведя время в буддийских монастырях Японии и Кореи. Как он отметил в одном из интервью, «повар, который дрожит, не приготовит лучше, чем повар, который точен». И это не просто урок для профессионалов; такой образ мышления применим и на домашней кухне, и, что особенно важно, в повседневной жизни в целом.
Исследование, опубликованное в журнале Science в 2010 году, показало, что человеческий разум очень часто отвлекается. Опрошенные участники сообщили, что их мысли были заняты чем угодно, кроме текущей задачи, почти 50% времени. При этом, чем чаще ум блуждал, тем ниже был уровень их счастья, вне зависимости от вида деятельности.
Существует множество техник, помогающих вернуться в настоящий момент. Но для многих приготовление пищи является одним из самых интуитивных способов. Это регулярная часть повседневной жизни, и сама природа кулинарных процессов может помочь нам сосредоточиться, если мы стремимся сделать нечто большее, чем просто разогреть полуфабрикат.
Чарующий аромат чеснока, обжаренного в масле, — один из самых притягательных запахов на кухне. Но он может мгновенно стать горьким, если оставить его на слишком сильном огне. Соус может свернуться, пока мы отвлеклись. Стейк из розового превратится в серый за считанные минуты, а яичный желток станет резиновым и неаппетитным. Если мы не обращаем внимания на кастрюли и сковородки перед нами, вкусное блюдо может превратиться во что-то пресное… или даже хуже.
Однако если мы сохраняем сосредоточенность и не позволяем мыслям отвлекаться, вознаграждение выходит за рамки просто приятной тарелки еды. Само приготовление пищи становится актом созидания. А это, в свою очередь, приносит значительные преимущества. Психолог Тамлин Коннер и её коллеги обнаружили, что творческие занятия, включая кулинарию, коррелируют с повышением позитивных эмоций и ощущением психологического благополучия (flourishing). Это не значит, что готовка — панацея от всех стрессов современной жизни. Но креативность и сосредоточенность, связанные с намеренным созданием чего-то своими руками, являются мощным противовесом дню, проведённому за экранами и в условиях дедлайнов.
Мудрость Востока на вашей кухне
Моё понимание кулинарии приобрело новую глубину во время путешествий по сельской Японии. Именно там я познакомился с кайсэки — японской традицией тщательно продуманных сезонных трапез, и с сёзин рёри — вегетарианской кухней дзен-буддийских храмов, где ничто не торопится и ничто не тратится впустую. В обеих этих традициях приготовление пищи — это гораздо больше, чем рутина. Оно возведено почти до уровня практики осознанной жизни.
Такой подход к кулинарии имеет глубокие корни в Японии. В своём труде «Наставления для повара», написанном в 1237 году, дзенский учитель Догэн рассказывает, как он встретил пожилого монаха, сушащего грибы под жарким солнцем. Догэн спрашивает, почему тот не оставит это занятие более молодому монаху. Ответ монаха навсегда запечатлелся в моей памяти: «Никто другой не может сделать мою работу за меня». Догэн подчёркивает ту же мысль в другом месте своей книги: «Когда вы варите рис, знайте, что вода — это ваша собственная жизнь». Жизнь во многом представляет собой сумму мелких задач, которые мы выполняем. Ни одна из них не лишена смысла, если мы решаем сделать её своей.
Успокаивая разум и руки
По воскресеньям я обычно оставляю телефон в другой комнате, пока готовлю ужин. Постепенно суета прошедшей недели отступает, и остаётся только разделочная доска передо мной. Это может быть череда сложных блюд или что-то очень простое, например, чечевичный суп, который готовила моя мама. В любом случае, смысл заключается в обретении этого состояния осознанности. Мамы уже нет, но движения, которым она меня научила, живы; они отражаются в моих руках. Её любовь проявляется в том, как я готовлю, и сам акт приготовления пищи становится актом памяти.
Эта практика также помогает мне сохранять стойкость ради моего сына, который пережил онкологическое заболевание. Болезнь учит тому, как мало мы можем контролировать. На кухне я всё ещё могу что-то делать руками, полностью направляя своё внимание на того, кого люблю. Рипер прав: дрожащий повар не готовит хорошо. Родитель тоже. Приготовление пищи успокаивает меня, а мой сын нуждается во мне спокойном и сосредоточенном.
Приглашение, а не обязательство
Важно, чтобы кулинария не превратилась в очередное «задание» по самосовершенствованию, ещё один критерий для самооценки. Не у всех есть время, энергия или желание готовить с нуля каждый вечер, и задача, которая наполняет одного человека, может быть обузой для другого. Смысл скорее в том, чтобы замечать возможности для осознанного внимания и использовать их, вместо того чтобы искать отвлечения.
Если вы готовите сегодня вечером, оставьте телефон в другой комнате. Заметьте, как размягчается лук. Попробуйте блюдо, прежде чем добавлять ещё соли. Когда сядете за стол, уделите тем, кто рядом, такое же осознанное внимание, как и приготовленной еде. Мы проводим так много времени, пытаясь перейти к следующему делу. Но иногда «следующее дело» может подождать.
